3fe29ceb

Бушков Александр - Пиранья 01 (Первый Бросок)



АЛЕКСАНДР БУШКОВ.
ПИРАНЬЯ: ПЕРВЫЙ БРОСОК.
Место действия романа, как и описанные события, вымышлено от начала и до конца.
Александр БУШКОВ
Черт побери! Как и все другие, наказанные нами, вы управляетесь законом, который богачи придумали для собственной безопасности. Эти трусливые собачьи души не имеют смелости каким-либо иным способом защитить то, что они мошеннически нахапали.
Проклятья и кровь на имуществе этих продувных бестий.
Между нами единственное различие: они обирают бедняков под покровительством закона, не так ли? А мы грабим богатых, рассчитывая только на свою храбрость.
Чарльз БЕЛЛАМИ, пират
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
РАЙСКИЙ ОСТРОВ
Глава первая
И НА ЛОКАТОРЕ — ТОСКА ЗЕЛЕНАЯ...
Он скользил над светлым песчаным дном словно призрак или ангел — чересчур материальный для призрака и слишком грешный для ангела, признаться, но полет-скольжение в прозрачной воде и в самом деле был призрачно-бесшумным.
Как-никак в своем деле он смотрелся если и не асом, то уж состоявшимся профессионалом, точно.
Он шел замыкающим, на правом фланге. Дно здесь понижалось плавно, протяженным откосом, но остальные, плывшие далеко впереди, уже были значительно ниже: двое буксировали перед собой «око» (неимоверно засекреченную хреновину, больше всего напоминавшую снабженный короткими крыльями пылесос), за ними, чуть правее и сзади, размеренно колыхали ластами Волчонок с Черномором, еще правее — трое, еще правее и опять-таки сзади плыл Коля Триколенко, он же Морской Змей, ну, а замыкающим двигался
Кирилл Мазур, по молодости лет не имевший клички (что служило источником легоньких потаенных терзаний, поскольку без клички ты как бы и неравноправен пока что вовсе, хоть и профессионал).
Красота вокруг имела место такая, что у любого бездельника вроде Кусто от эстетического умиления спирало бы в зобу дыханье. Увы, в отличие от
«туриста» Кусто, они были на работе. На серьезной работе. А потому и заросли кораллов, розовые и фиолетовые, причудливо-загадочные, и стайки рыбок — пестрых, полосатых, радужных — были сейчас для них чем-то вроде тех самых небесных красот, причудливых облаков и многоцветных закатов, на которые никогда не обращает внимания запаренный страдой крестьянский мужик. Какие там закаты, когда нужно выкосить ложок до дождя...
В отлаженном походном ордере вдруг произошел секундный сбой.
Первыми остановились ребята с «пылесосом». Тот, что справа, по кличке Папа
Карло, дважды щелкнул кастаньетами — и его напарник по прозвищу Князь тоже притормозил с наработанной сноровкой, а там и остальные замкнули их в кольцо. Морской Змей, как и полагалось хорошему командиру, в соответствии с чапаевскими наставлениями держался повыше остальных, что вполне соответствовало сейчас земному «позади».
Что-то там усмотрела на дне хитрая электроника. Однако у Кирилла — как наверняка и у остальных — не было и тени жгучего романтического предвкушения. За три дня случалось столько ложных тревог, что они плюнули на азарт и предвкушение.

Электроника, хоть и хитрая, интеллектом не блистала, она попросту реагировала на любой металл, в точности так, как глупый дворовой щенок, еще не выросший в толкового цепного кобеля, тявкает на все, что оказывается в поле зрения. А металл мог оказаться самого разного происхождения — от искомого до прозаической вилки, оброненной за борт нерадивым коком с туристской яхты...
Волчонок с Черномором прямо-таки поползли по дну, погружая в песок ножи, поднялись струйки взбаламученных песчинок из тех, что полегче, брызнули в стороны пестрые рыбешки.



Назад