3fe29ceb

Бушков Александр - Нечаянный Король (Сварог - 3)



Александр Бушков
Нечаянный король (Сварог-3)
"...И случилось так, что принц Люциар, вернувшись с охоты из лесной чащобы,
увидел лишь пыль вдали, поднятую удалявшимся вскачь гонцом. И увидел он еще
глубокую печаль на лице верного наставника своего и оберегателя от многих
невзгод и опасностей, мага Шаалы, великого знатока как тайн земных и небесных,
так и человеческой природы.
Тоска и тревога проникли в сердце принца, и он вопросил:
- Не печальную ли весть привез мне гонец, скакавший с прапорцем переносчика
важнейших вестей на седле?
И ответил ему, не скрывая грусти, маг Шаалы:
- Печальнейшую, мой принц. Он привез вам королевскую корону..."
Истинная и подробная повесть о принце Люциаре и его рыцарях
В книге использованы в качестве иллюстраций к тексту стихи
Кристобаля де Вируэса, Мигеля де Сервантеса Сааведра, Алонсо де
Эрсилья-и-Суньига, Леонида Филатова
Глава 1
ТАЙНЫ, ТАЙНЫ И ЕЩЕ РАЗ ТАЙНЫ
Как всегда бывало со здешней аппаратурой, четкость оказалась
фантастической, а цвета, краски и оттенки смотрелись в несколько раз ярче,
свежее и прекраснее естественных. Словно бы распахнулось окно, но не в реальный
мир - в лучший, более красочный. Жаль только, что открывшееся взору зрелище было
бесконечно далеким от идиллий и пасторалей. И представало самым что ни на есть
будничным, и не только по здешним меркам, - те, за кем они наблюдали, воевали
вновь, только-то и всего. Кого можно удивить войнами?
Сварог, однако, смотрел с любопытством: он впервые наблюдал со стороны
осаду крепости. Все выглядело совсем иначе, нежели во время достопамятного
сидения в осаде на хлебах у графа Сезара. Тогда подступившие к стенам воители
выглядели и энергичнее, и даже романтичнее где-то, они старались изо всех сил,
они с ног сбивались, ретиво суетясь, - по крайней мере, первое время.
Теперь же и неискушенному наблюдателю ясно было, что осада тянулась
долгонько и давно превратилась из романтического предприятия в опостылевшую
повинность. Уяснить это оказалось легко еще и оттого, что снимавший находился в
лагере осаждающих, поодаль от передовой, но и не в самом глубоком тылу. Как
уточнил с отрешенным видом Гаудин, примерно посередине, меж лагерем и первой
линией апрошей и контрэскарпов, кое-где подобравшихся к темно-серым стенам
крепости на расстояние выстрела из лука. Последнее обстоятельство играло на руку
скорее осажденным: траншеи, хоть и защищенные земляными валами со щитами из
толстых жердей, были пустехоньки. Сварог уже прожил в этом мире достаточно,
чтобы знать, сколь искусны здешние лучники в стрельбе по настильной траектории -
когда утяжеленная стрела, обрушившись словно бы с ясного неба, порой не просто
убивает, а пришпиливает неудачника к земле, словно жука в гербарии. Стрел
превеликое множество - торчат в жердяных щитах, валяются на земле. Прямо на
камеру рысцой двигалась кучка людей - солдаты в фиолетовых с черным мундирах
волокли легкие носилки, кусок парусины на жердях. На носилках неподвижно
вытянулся офицер, и из груди у него торчало длинное древко с алым оперением.
Не так уж и много на Таларе мест, где луки с арбалетами до сих пор
предпочитают огненному бою:
- Гланская граница? - отчего-то полушепотом спросил он. - Осаждающие - в
мундирах горротской пехоты, это я уже могу определить:
Сидевший рядом Гаудин пошевелился, словно выйдя из задумчивости, хрустнул
пальцами:
- Что ж, вы освоились. Не припоминаю, чтобы здесь вам вкладывали в голову
знания о земных мундирах: Все верно. Горротско-гланская гран



Назад