3fe29ceb

Бушков Александр - Мы Никогда Не Звали Его Джо



sf Александр Бушков Мы никогда не звали его Джо "Самое интересное, что в советские времена эту повестушку, практически не раздумывая, с ходу отвергли не менее десяти журналов и издательств. Казалось бы, она была идеологически выдержанная и насквозь правильная — очередное обличение порочных нравов заокеанского супостата. А вот нате ж вам! Отвергали с поразительным единодушием, и даже, к моему тогдашнему изумлению, однажды опасливым шепотком прозвучало что-то вроде: «Антисоветчина…»
А в общем, теперь мне ясно, что ничего в этом не было удивительного. Ведь эта безделушка, по-моему, никакой не «политический памфлет», а рассказ о жуткой и тупой Бюрократической МАШИНЕ, не зависящей ни от идеологии, ни от географии, способной со всем усердием грохотать вхолостую, ради себя самой, имитировать работу и прилежание без всякой связи с реальной жизнью и без малейшей пользы…"
1977 г. ru ru OCR Альдебаран http://www.aldebaran.ru/ FB Tools 2006-03-14 http://www.aldebaran.ru/ OCR Альдебаран E372D595-69E6-402C-BE04-CDD4B3E4F57B 1.0 v 1.0 — создание fb2 OCR Альдебаран
Александр Бушков
Мы никогда не звали его Джо
Блокнот первый
Тот не мужчина, кто ни разу не ссорился со своей возлюбленной.
Я придумал этот сомнительных достоинств афоризм только что, и поначалу он мне понравился. Было в нем что-то мужественно-старинное — латы, шпаги, котильон, или, если обратиться к более близким временам — решительный подбородок и стальной взгляд какого-нибудь короля салунов территории Невада. И стук копыт — полуобъезженного мустанга, и заросли чапарраля…
— Готова спорить, он даже не слушает! — Вернул меня в двадцатый век раздраженный голосок Алисы. — Ну, о чем я сейчас говорила?
— Тот не мужчина, кто… — машинально пробормотал я и, как ни странно, угодил в яблочко.
— Вот именно! — энергично сказала моя невеста. — Тот не мужчина, кто в тридцать лет хоронит себя в этом дурацком обезьяннике!
— Все-таки родственники, хотя и чрезвычайно дальние… — пробормотал я.
— Он еще острит!
Когда размолвка с невестой происходит в машине, на пляже, в собственной квартире — в этом есть все же устоявшаяся обыденность, скучная банальность. За тысячи лет это происходило с тысячами людей.

Однако, когда такая ссора разыгрывается в зоопарке, у клетки с обезьянами, — в этом нет никакой серьезности. Еще и потому, что обезьян это ужасно забавляет, и они прилежно стараются скопировать увиденное.
— Милая, какая ты красивая, когда злишься… — мечтательно проворковал я голосом фатального первого любовничка из дешевой мелодрамы. Этот затасканный прием, как и следовало ожидать, не возымел никакого эффекта.
Я заранее знал, что она скажет, не впервые эти разговоры звучали и не впервые приводились эти примеры. Я и сам знал, что Барри Даммер разъезжает уже на «континентале», что Сони Меруотер давно получил лабораторию, признание и неограниченные кредиты, что Элая Кристмен стал лауреатом премии Планкенхорста, а там, чем черт не шутит, и замахнется на награду имени почившего фабриканта динамита… Что все они — мои бывшие однокашники по колледжу. Что они добились успеха, а я прирос к этому несчастному зверинцу.
Она выложила все это; а потом принялась перечислять моих изрядно наследивших в мировой истории сверстников — тех, кто в тридцатилетнем возрасте создавал империи и разрушал империи, топил пиратские флотилии и командовал пиратскими флотилиями, строил соборы и открывал математические законы, ныне немыслимые без их имен, выбивался в генералы и премьер-министры, летал в космос и на международные симпозиумы, короно



Назад